Вера как стиль жизни: католики Томска вчера и сегодня

Вера как стиль жизни: католики Томска вчера и сегодня

Польский костел находится на Воскресенской горе рядом с Музеем истории Томска. Раньше прихожанами были, в основном, поляки и литовцы, сегодня — русские. При храме действуют три монашеских ордена, а на службу по воскресеньям приходят почти 400 верующих. Как живут католики в Томске? Почему иезуит приехал в Сибирь? И как художественный фильм привел человека в религию?

Иезуит в Сибири

В Польше слово «Сибирь» звучит плохо — поляков ссылали сюда и при царях и при Советах. Отец Войтек признается, что решиться на жизнь в Сибири ему было непросто. Пугал его не столько холод, сколько нехватка света. Отец Войтек восхищается коллегами, которые работают в Норильске. А в Томске всё оказалось не так страшно.

— Здесь ты получаешь свою дозу фотонов, потому что много дней, как сегодня, когда холодно, но солнце есть. Даже живущие в Москве говорят, что в Томске намного больше солнца, чем у них — там смог, много дыма, может быть жарко, но солнца почти нет.

— Мне 56 лет, и это мой пятый год в Томске, — отец приехал в Россию из Польши. — Я иезуит уже 37 лет, священник — 27 лет. В 2013 году настоятель иезуитов в России пригласил меня сюда, я тогда был настоятелем иезуитов в Польше. Вернее в южной Польше, потому что там две «провинции», то есть два региональных отделения. Он попросил послать кого-то в , сказал, у них есть человек, который будет заниматься школой, но нет человека, который мог бы заниматься приходом. Я приехал, посмотрел, мне понравилось. Вернулся в Польшу, написал письмо к моим собратьям, что есть такая потребность и нужен доброволец.

В итоге отец Войтек решил поехать в Томск сам.

— Я написал письмо нашему главному настоятелю отцу-генералу в Рим. Что мне 51, я говорю на разных языках и еще могу что-то сделать в жизни. Если хотите, то я готов, чтобы меня послали куда-то. Я написал, что говорю на испанском, всегда мечтал работать в Южной Америке. И сказал, что могу еще научиться какому-то языку, но японский или китайский учить слишком поздно, и в этом возрасте практически невозможно. Также я написал насчет русского, что знаю буквы. В школе во время Советского Союза это было обязательным в Польше, но так как это был язык наших оккупантов, дети не хотели его учить. Хотели учить английский и спрашивали: «Зачем нам русский?» Я помню, как наш профессор говорил, что мы не знаем, что будет в жизни. А мы смеялись… Потом, когда я приехал сюда, сразу вспомнил его слова.

В Томске отец Войтек первые полгода каждый день ходил в лингвистический центр ТПУ изучать русский.

— Первые два года было сложно. У молодого человека не только ум быстрее, он еще более гибкий, не так стыдно за ошибки. А здесь человек взрослый, настоятель храма, приезжает и как ребенок, нужно заново всё учить. Это такое полезное унижение, но унижение всегда на вкус горькое.

Фамилии улиц и «работа» кондуктором

От Томска ощущения у отца Войтека неоднозначные. Ему нравится деревянная архитектура, однако бросилось в глаза и множество хрущовок в стиле «настоящий коммунизм».

— Конечно, впечатление было такое, что много вещей по-другому, не как у нас, а люди такие же, как везде.

Определенно не нравятся ему томские названия улиц.

— То, что меня удивляет, и от чего мне больно — это названия, которых у нас уже нет. Вот улица Дзержинского… Но Дзержинский это… мне не хватает слов, чтобы сказать кто он. А здесь во всех городах почти улицы в его честь названы. Я этого не понимаю. И Совпартшкольный переулок… Ленина… Я не приехал сюда, чтобы здесь сделать какую-то революцию, приехал служить католикам. Иногда только спрашиваю: а если бы ты приехал в Баварию и увидел там Гитлерштрассе? Они говорят, что это фашизм, а коммунизм, мол, другое но одно и второе — очень опасные идеологии, которым принесены в жертву миллионы людей.

По словам священника, в Сибири люди доброжелательные.

— Мне очень нравится в маршрутках эта система, что деньги передаешь кому-то, а потом тебе дают сдачу. Первый раз, когда я сел возле выхода, и люди мне дали деньги, я совершенно не понимал, решил, они подумали, что я бомж. Мне так понравилось потом «работать» кондуктором в маршрутках. Про это я всегда в Польше рассказываю. Тут есть такое доверие, что человек не будет обманывать тебя, это очень приятно. Также есть еще одно русское качество. Сначала есть правила, они на стене написаны, и ты их должен соблюдать, а потом, когда с человеком познакомился, все становится по-семейному. Преодолевается дистанция, и люди рассказывают про свою жизнь. Конечно, кому-то это может быть страшно, а я это очень люблю. Это помогает мне как священнику общаться с людьми.

Его удивляет часто звучащий в наших краях вопрос: «Как ты пришел к Богу?»

— Знаете, я с детства католик, — поделился он. — Я не пришел, а родился в Католической Церкви. И этот вопрос очень трогателен, в Польше его никто никогда не задаст. Я воспитан в Католической Церкви, прислуживал на Мессах, был министрантном — мальчиком, который помогает священнику. Вся моя семья — католики.

Самый крупный в Сибири

По словам отца Войтека, в Томской области католиков сейчас около двух тысяч. На воскресные службы в томский храм приходят 350-400 человек. Приход Покрова Пресвятой Богородицы Царицы Святого Розария — самый крупный приход в Сибири. Священник рассказал, что в другие храмы приходят не больше 200-250 прихожан.

— Точной переписи у нас нет, мы судим по тому, как люди приходят на службы, — рассказала фандрайзер общины (занимается поиском средств) Алина Багинская. — В воскресенье у нас все лавочки заняты, в 11 часов люди стоят вплоть до дверей. Очень много молодёжи, детей, иностранных студентов.

Католический храм на территории Томской области еще есть в селе Белосток Кривошеинского района. Два года назад он сгорел. Сейчас храм восстановлен, но верующих пока принимать не готов. Также в области есть домашние церкви, где совершают богослужения. По данным сайта католической общины, всего на территории области 30 небольших приходов.

— Самый крупный приход в Томске, — говорит отец Войтек. — Есть такая традиция, что в Томске испокон веков много католиков, ссыльных и не только. Во времена Российской империи поляки и немцы приезжали сюда за работой. Но сейчас большинство прихожан — это русские.

— У нас все говорят, что это польский костел, на картах так написано, — рассказывает отец Войтек. — Но он польский в том смысле, что был построен поляками в 1833 году. Я всегда шучу, что даже это заслуга не поляков, а властей царской, а потом советской, которые всегда заботились, чтобы в Томске было много поляков. Конечно, приходят студенты-иностранцы, которые приехали учиться в Томск, приезжают и по работе. Особенно на вечернюю службу в воскресение. Но они «временные» прихожане, а те, кто здесь живут — в основном все русские. Конечно, у них разные корни. Как вы знаете, в Сибири у каждого свои корни, всё так смешано. Есть люди, у которых польские, немецкие, литовские корни, но они говорят только на русском. Есть трое, кто что-то говорит на польском, но только одна прихожанка может исповедоваться на польском языке.

В томской общине действуют три монашеских ордена: иезуиты, сестры-евхаристки и сестры Матери Терезы. Иезуиты нацелены в первую очередь на образование, евхаристки на проведение богослужений в храме, работу с детьми и молодежью, а сестры Матери Терезы — на помощь бедным. В храме часто проходят концерты органной музыки, выступает церковный хор, иногда приглашают музыкантов.

— Неделю назад был концерт, посвященный Святой Цецилии, покровительнице церковной музыки, — рассказал священник. — Каждый год на этот концерт приходят православные, протестанты, они тоже что-то готовят, поют, приходят дети из музыкальных школ.

Летом костел провел фестиваль имени Святого Игнатия Лойолы. В Томске фестиваль проходит второй раз. На следующий год община планирует пригласить на выступление какую-нибудь томскую группу.

— На этот фестиваль могли прийти все желающие, даже проходившие мимо, мы всех зазывали, чтобы они участвовали, — рассказывает Алина Багинская. — У нас были беспроигрышные лотереи — любой человек мог какой-то приз получить. Пришли 100-150 человек. Самое крутое было не проведение фестиваля, а его подготовка. Это такие моменты, которые сплачивают нас как прихожан. Мы такие разные все: кто в космической сфере работает, кто инженером, кто медиком, а здесь мы собираемся вместе и думаем, как провести фестиваль, много смеемся. При храме действует католический семейный центр «Назарет». По словам священника, суть в укреплении семейных отношений, на занятия ходят дети и взрослые. В общине есть молитвенные группы. Так, каждое первое воскресенье месяца семь человек собираются в храме и молятся о нуждах, которые передают прихожане. Например, за здоровье человека.

Община сотрудничает с православными приходами. Так, прихожане православной церкви из Лоскутово часто посещают костел, приезжают на концерты. Интересы Православной и Католической Церквей пересекаются в рамках деятельности организации «Спрятанный мир». На сайте общественной организации сказано: «Наша организация состоит из людей разных возрастов и профессий. Наша деятельность безвозмездна. Мы объедены целью помочь тем, кто оказался лишенным семьи и вынужден жить в интернатах. Мы стараемся быть друзьями друг другу и тем кому помогаем. Мы вместе».

— Каждый год они проводят летний лагерь для людей с ограниченными возможностями, — рассказывает Алина Багинская. — И в этот летний лагерь, который длится неделю, приглашают католиков, православных, протестантов, невоцерковленных людей. Они заботятся о подопечных из Шегарского психоневрологического интерната, проводят с ними досуг. Такая классная работа, когда есть общее поле взаимодействия для представителей разных религий.

Паломничество в Харск

— Во всех католических храмах самое главное — дарохранительница, — показывает в сторону алтаря отец Войтек. — Здесь хранятся Святые Дары — Тело и Кровь Христова, которые используют для Причащения. Еще есть мощи наших католических святых. Например, мощи Матери Терезы,  а также мощи блаженных сестер Олимпии и Лаврентии, которые были замучены советской властью. Умерли они в ссылке в Харске, это тайга, там поселок, там и есть их могила.

Харск находится почти за 400 км от Томска в Молчановском районе. Каждый год священники с прихожанами совершают туда паломничество, служат Мессу и молятся на могиле блаженных сестер. По словам священника, в паломничестве участвуют около 200 человек, приезжают верующие с других приходов. К Харску паломники едут на автобусах, а последние шесть километров идут пешком по лесу.

Сестры Олимпия и Лаврентия принадлежали к греко-католической Конгрегации Сестер Святого Иосифа и были арестованы в 1950 году. Причислены к лику блаженных они были в 2001 году во Львове. Сестры Павла Дубасюк и Анна Васылышин из той же Конгрегации приехали в Сибирь в 2003 г. и разыскали могилу сестер Олимпии и Лаврентии вблизи Харска. Первое паломничество на могилу, где поставили памятник, имело место в 2009 году. Памятник установили в 2007 году на средства прихожан и епископа.

Вода, где стоит священник

Главная задача для общины сегодня, по словам фандрайзера Алины Багинской — реставрация храма.

— Это наша боль. Протекает в некоторых местах крыша, штукатурка осыпается, в подвале плесень. Иногда во время службы, когда снег тает, туда, где стоит священник, вода капает. В прошлом году подавали документы на участие в федеральной программе по защите культурного наследия. Сфотографировали, отправили документы, ответа нет. Католическая община подала заявку и в этом году. Последний раз храм ремонтировался в 90-е.

В подвале храма хранят вещи — сейчас он выступает в роли кладовой, раньше там проходили занятия.

Есть в храме и исповедальня. Священник сидит с одной стороны стола, а человек на коленях исповедуется.

О службе в храме оповещает звонница — в колокола за полчаса перед Мессой бьют прихожане.

С левой стороны от входа на втором этаже в храме маленький «магазин». В нем можно взять вещи бесплатно и можно положить пожертвование. Больше всего в «магазине» розариев (четки) и книг. По розарию читают молитву, перебирая звенья. Также в храме есть библиотека с религиозной литературой. Пользоваться ею может любой желающий.

Алтарь и амвон польскому костелу делал Владимир Захаров, создатель кукольного театра «2+ку».

— Когда он погиб, мы служили службу. Очень многие прихожане его знали, — рассказала Алина Багинская. — Он не был прихожанином, но многое сделал для нас.

Службы в польском костеле проходят ежедневно. В будни — в 19:00, в субботу — в 11:00 и в 18:00. Во вторник богослужение проходит в 07:30. По воскресеньям обычно три службы. Также в воскресенье проводят Божественную Литургию в византийском обряде для греко-католиков.

Сейчас у католиков идет Адвент — период перед Рождеством. Каждое очередное воскресенье Адвента в храме зажигают очередную из четырех свечей рядом с алтарем. Всего свечей четыре. Когда зажгут все свечи — это будет означать, что Рождество уже совсем близко — в течение наступившей недели.

Во время Адвента ранним утром по вторникам и субботам служат специальные Мессы – Рораты. В их ходе не используют освещения, кроме свечей.

История томских католиков

— В конце XVIII века, когда польские территории были присоединены к Российской империи и правительство должно было учитывать вероисповедание людей, получилось, что в России появилось около 900 тысяч католиков, — рассказывает Алина Багинская. — С католиками тоже нужно было считаться, им нужны были храмы, . И в 1772 году, по велению Екатерины II, в Российской империи была создана самая большая в мире по территории Могилевская епархия, территория вплоть до Дальнего Востока, включая Иркутск и Томск. После этого сюда отправили священников. Первые, кто приехал на миссию, помогать людям в католических обрядах службу проводить, были отцы-иезуиты. Первым настоятелем томского прихода в 1807 году стал иезуит Маркелл Каминский. Богослужения проходили в арендуемых помещениях.

— В Томск к месту своего постоянного проживания монахи-иезуиты прибыли осенью 1816 года, — рассказывает Алина. — С этого момента община начала действовать. Они «выбили» землю для храма у администрации, но через четыре года иезуитов выдворили из Российской империи и на смену им пришли другие священники. После польских восстаний с притоком ссыльных в 30-е годы XIX века вопрос о появлении храма стали обсуждать вновь. Строили храм католики, многие жертвовали ради участия в строительстве своей работой. Храм задумали в венецианском классическом стиле. Завершили строительство в 1833 году. Освятили 1 октября в честь Пресвятой Богородицы Покровской.

— Община состояла в большинстве из поляков и литовцев. Они, хоть и были сосланы сюда, занимали в те годы довольно неплохие места в администрации, были профессорами. Очень образованные люди были. Смогли основать общину и как-то ее зарегистрировать. Храм на тот момент еще не приобрел свой нынешний вид, неоднократно достраивался. В 1863 году к нему пристроили каменное отделение для ризницы. В 1856 году, по проекту ссыльного декабриста Гавриила Батенькова, построили звонницу в виде ворот. Первый духовой орган приобрели в 1862 году, второй — в 1902 году.

По данным сайта томской общины, в 1900 году она насчитывала четыре тысячи человек, а при проезде через Томск викарного епископа Могилевской епархии Цепляка был разрешен вопрос о постройке в Томске второго католического храма, проект которого был утвержден Министерством внутренних дел. Проект не удалось реализовать из-за революции, а в 1937 году закрыли и первый костел. Последнего настоятеля арестовали и выслали из страны. Томские католики подверглись жестоким репрессиям в советские годы, а вся церковная утварь, три алтаря, иконы и архив, бесследно исчезли.

— Вчера отца спросила, что можно показать связанное с историей, какие-то предметы, — сетует Алина. — К сожалению, их нет. Не осталось ничего после революции, много икон исчезло. Община была распущена, а в храме находилась сначала конюшня НКВД, потом помещение занимали ДОСААФ и планетарий. В советские годы католики собирались на молитву в домах.

— Они собирались в частных домах, рискуя своей жизнью, так как это преследовалось. Такая практика везде была, в селах и городах. Не дай бог Библию, молитвенник, песенник найдут… Католики рисковали. Могли приезжать священники под видом мирян и служить Мессы. Поэтому, когда в 90-х годах храм вернули общине, счастью не было предела. Многие бабушки и дедушки, потомки ссыльных поляков, литовцев, немцев… Для них это было большое счастье. Освятили храм заново в 1991 году.

Приют Сестер Матери Терезы. Сейчас временно закрыт.

В 1994 году общиной отремонтировали здание бывшего католического сиротского приюта на Бакунина, 7 — здесь организовали Приют Ордена Сестер Матери Терезы. Сейчас приют закрыт. Общине сегодня принадлежит три здания. Кроме храма, это приходской дом и два здания католической гимназии.

— Здание, в котором мы находимся — бывший Приют Сестер Матери Терезы, — ведет нас по пустым в данный момент коридорам отец Войтек. — Они здесь принимали людей, которые выходили из алкогольной зависимости. Но дом в ужасном состоянии был, а у сестер не было средств, чтобы сделать ремонт. Сейчас они живут на квартире, ищут новое место. Дом этот всегда принадлежал приходу. Приход нашел спонсоров, благодаря которым и сделали капитальный ремонт. По словам священника, в бывшем здании приюта сейчас располагаются комнаты для разговоров, офисы, комнаты для гостей, живут монахи-иезуиты.

— Сестры ищут сейчас новый дом, чтобы продолжить свое дело, помогают людям, ходят туда, где живут бедные и нищие.

Основным направлением приюта была реабилитация людей с алкогольной зависимостью.

— Первое условие, чтобы человек трезвым был, не пил уже несколько месяцев, — рассказал отец Войтек. — Потом он жил у сестер, работая, соблюдая порядок и посещая все занятия. После Томска человека посылали в Питер, там вторая часть реабилитации была. Конечно, не все проходили ступени, но есть люди, которые перестали пить и стали нашими прихожанами.

В приюте одномоментно проживало около 30-ти человек.

— Я работаю фандрайзером больше года, ищу финансовую поддержку у различных спонсоров на проектную деятельность, — рассказывает Алина Багинская. — Например, на реставрацию приходского дома нужно было много денег. Такая сумма была непосильна, пришлось искать поддержки у католиков заграницей. Когда началась реконструкция, этим занимались священники-отцы, но нужно было писать отчеты, делать новые проекты, и мне предложили заняться этим. Большая часть средств поступала из Германии. У многих благотворительных фондов есть отделения, которые оказывают помощь разным регионам мира: Африке, Южной Америке, постсоветским странам. Так было и с храмом в Белостоке — после пожара сильно Польша помогла.

По словам Алины, сейчас сестры Матери Терезы думают о покупке соседнего дома.

— Каждый день они приходят в храм на службу, — поделилась она. — Пока их деятельность под вопросом из-за отсутствия приюта, а раньше каждый день были бесплатные обеды для бездомных. Наши прихожане тоже участвовали: приходили, помогали раздавать, складывать. Это такая возможность для прихожан служить людям, заниматься благотворительностью, потому что благотворительность — не только деньги, но еще и время, внимание. В приюте также принимали людей, попавших в сложную жизненную ситуацию.

Чем отличается католическая гимназия от обычной школы?

При храме действует католическая гимназия. По словам отца Войтека, это одна из двух католических школ во всей России. Можно сказать, что единственная полная — дети учатся в ней с первого по 11 класс, пояснил он. Сегодня в школе учатся 160 детей. Детей из католических семей около 25%. Гимназии исполнилось в этом году 26 лет.

— Инициаторами открытия гимназии выступили миряне, — рассказывает отец Войтек. — Сейчас, когда пришел Орден иезуитов, уже мы стали курировать эту деятельность, потому что это одна из наших главных миссий — образование и воспитание. У нас много университетов, школ. Одно из отличий католической гимназии: религиоведение проводят для всех классов раз в неделю. В обычной школе религиоведение проходят только в четвертом классе. В приходе есть лагерь для школьников по изучению английского языка.

— У нас два американца священника (один — в Томске, второй — в Новосибирске, тоже иезуит) и учитель английского — монахиня, — рассказывает Алина Багинская. — Было бы глупо не воспользоваться таким шансом и не сделать лагерь. Обучение в гимназии платное, но есть различные льготы для многодетных и малообеспеченных семей. Гимназию от обычной школы отличает еще и ежедневная молитва, молитва перед едой и службы по праздникам.

— На молитве присутствуют все, но молиться могут по желанию. На Мессу тоже приходят. Родители на первое сентября приходят, включая тех, кто не верует.

В католики из-за фильма

Алина Багинская начала работать в польском костеле фандрайзером год назад, до этого была просто прихожанкой. В Томск приехала в 2012 году на учебу из Казахстана.

— Я стала фандрайзером год назад. Как раз окончила магистратуру. Училась в ТГУ на историческом факультете, отделение международных отношений. В магистратуре у меня была программа «Евразийские исследования». Я не скажу, что у меня работа по специальности, но частично это так, потому что каждый день нужно использовать английский и немецкий языки, писать спонсорам. Для меня это хорошая практика.

Томск на Алину произвел хорошее впечатление.

— Всё было зелено, светло. Я приехала из Казахстана, мой родной город поменьше. Здесь я увидела столько зеленых скверов — на меня они произвели хорошее впечатление. Я поступила, встретила здесь будущего мужа, тут в костеле и познакомились.

Осознано Алина пришла в Церковь в 16 лет, родители не были католиками и не одобряли ее решения.

— У меня бабушка была католичкой. Она пришла в Церковь за несколько лет до меня. Благодаря ей я узнала, что такое Католическая Церковь. Она немка и не знала, крестили ее баптисткой или католичкой, решила в Католическую Церковь прийти. Я с ней некоторое время ходила, но мне было неинтересно, службы казались скучными. В 16 лет мне предложили поехать с детьми, практика такая в Католической Церкви — каникулы с Богом. Приходских детей развлекают, помимо службы активности какие-то. Я согласилась поехать, думала, поеду-отдохну. Каждый день на «каникулах с Богом» были просмотры фильмов.

— В один из дней показывали фильм «Кароль. Человек, ставший Папой Римским». Это был первый в истории поляк, ставший Папой Римским. Когда он стал Папой, он принял имя Иоанн Павел II. Это его биография. Смотрела на его жизнь, весь фильм в слезах была. Такое было потрясение… Я даже не знаю, как это объяснить. До сих пор думаю, что благодаря этому святому, а его потом признали святым и канонизировали, — я и пришла в Церковь. В Католическую Церковь нельзя прийти и на следующий месяц креститься. Год или два нужно посещать занятия.

— Это называется катехизация, уроки религии. Ты изучаешь религию, ее основу, узнаешь, какие есть Таинства, что такое Католическая Церковь. Ходишь на службы, понимаешь, твое это или нет, потому что есть люди, которые приходят, хотят стать католиками, а потом уходят, и это их выбор, поэтому и дается время. Я готовилась год к своей первой исповеди, Причастию.

Мы с мужем никогда бы не поехали жить в место, где не было бы церкви. Мне нравится, как живет община. То, что все друг друга знают и общаются. Наверное, это как раз та причина, почему люди остаются здесь. Община растет. Я уже седьмой год живу в Томске, и виден рост, приток именно молодых людей, хотя часто Церковь ассоциируется с людьми взрослого поколения. Приходить в воскресенье на службу — это не обязанность, а стиль жизни.

В 2016 году вместе с мужем Алина ездила в Польшу на Международный съезд католической молодежи. В Кракове на заключительной Мессе собралось более 2,5 млн. католиков.

— Собирается католическая молодежь со всего мира и проводится для них встреча. В конце встреча с Папой Римским, а до этого идет духовная подготовка. У нас раз в неделю были игнацианские духовные упражнения. Это здорово, мы каждый день не тратили время на соцсети и бурное общение, читали Библию, Евангелие, размышляли над жизнью Игнатия Лойолы (автор книги «Игнацианские духовные упражнения» и основатель Ордена иезуитов), его словами. Через это ты ближе к Богу становишься, в каких-то своих заморочках разбираешься.

Сейчас Алина ходит в храм с мужем по воскресеньям и на праздники. После фильма в подростковом возрасте она была «очень фанатичной».

— Каждый день в церковь ходила, хотела уйти в монахини. При храме были сестры-евхаристки. Мне очень нравилось смотреть, как они работают в церкви. Я ходила в храм каждый день, мои родители меня сначала не понимали, переживали за меня. Потом они смирились, и я приутихла, стала более осознанно к этому подходить. Хорошо, когда у тебя есть время подумать. Оказалось, что стать монахиней я всё-таки не готова.

Источник: ТВ2

Print Friendly
vavicon
При использовании материалов сайта ссылка на «Сибирскую католическую газету» © обязательна