Отец Вильгельм Спирито, OFMConv: «Духовная жизнь — это жизнь в Святом Духе»

Отец Вильгельм Спирито, OFMConv: «Духовная жизнь — это жизнь в Святом Духе»

С 6 по 9 сентября в Москве проходила Всероссийская встреча монашествующих по случаю Юбилейного Года Милосердия и 25-летия восстановления структур Католической Церкви в России. Особым гостем встречи стал о. Вильгельм Спирито, OFMConv из Ривоторто (Ассизи, Италия), который прочитал ряд докладов под общим названием «В огне неопалимой купины: основы духовности посвященной жизни». Мы побеседовали с ним об услышанном, чтобы прояснить понятие духовной жизни для наших читателей.

- Сегодня под духовной жизнью может подразумеваться всё что угодно: от занятий йогой до гаданий на кофейной гуще. В лучшем случае, мы понимаем это как набор неких духовных практик. Какое определение духовной жизни дали бы вы?

— это жизнь в Святом Духе. Для христианина нет другой жизни, кроме той, что исходит от Отца и участвует в Сыне посредством Святого Духа. Участие в жизни Троицы открывает нашу собственную личность и являет нам полноту любви. Поэтому единственная возможная — это жизнь в Святом Духе. Все остальные формы духовной жизни — индивидуалистические и абстрактные, потому что стараются привести нас в состояние внутреннего покоя, но христианская жизнь прежде всего направлена на Другого. Мы сотворены, чтобы быть с Другим, поскольку мы — образ и подобие Троицы. Поэтому в трихотомии апостола Павла — дух, душа и тело — жизнь исходит именно из духа и затем охватывает душу и тело.

- Мы можем говорить о каких-то принципиальных отличиях в духовной жизни посвященных лиц и мирян?

— Жизнь духовная — это переживание Крещения, поэтому здесь нет никакой разницы. Сидеть за столом Евхаристии и участвовать в жизни Троицы — призвание всех крещеных. А уже способы переживания этой жизни могут быть различны: будь то жизнь женатых людей, имеющих десять детей, или жизнь отшельника в скиту. Но источник этого один и тот же, и конечная цель одна и та же.

- Порой миряне, желая углубить свою духовную жизнь, прибегают к духовным практикам, присущим монашествующим — к молчанию, строгому посту, самоистязанию… Как вы к этому относитесь?

— Великий духовный писатель 17 века, святой Франциск Сальский, писал, что духовная жизнь принадлежит всем статуса человеческой жизни, поэтому ею могут жить солдаты, торговцы, женатые миряне, монахи… все. Отличный пример, показывающий, что можно жить духовной жизнью, оставаясь в миру, — это «Русский странник». Мирянин может молиться, где бы они ни находился: стоя в очереди, идя по улице, на работе, на кухне… Потому что суть в том, чтобы построить отношения с Кем-то, а это не зарезервировано за каким-то особым статусом в Церкви. Мы призваны к тому, чтобы из глубины сердца взывать «Авва, отче», и это в Крещении дано каждому.

- У вас есть какой-то рецепт, как научиться жить так? Чтобы вся наша жизнь, действительно, могла становиться молитвой.

— Рецептов нет. Для того, чтобы сохранить о оросить эту экосистему, нужны разные способы. Но более всего я бы советовал глубокое и сознательное участие в Литургии. Потому что ритм Литургии позволяет нам уже сейчас предвкусить обещанные нам небесные блага. И если есть силы увидеть Небесный Иерусалим, человек начинает переживать всё остальное намного глубже. Поэтому так важно церковное искусство и вообще, красота как таковая — они исцеляют наш взгляд.

- Глядя на таким образом, невозможно не признавать его притягательности. Но, к сожалению, я знаю многих людей, для которых заключается в наборе норм и предписаний: как делать нужно и как не нужно. Такой взгляд, увы, встречается и в рамках катехизации, и в рамках проповеди. Как нам избежать этого риска — свести к банальному морализму?

— Это драма христианства последних веков. Проблема морализма в том, что он заставляет нас переживать жизнь как до Крещения, перемещаясь в категориях хорошего и плохого, но не идя дальше. И эти перемещения находятся как раз на уровне души, поэтому мы не можем двигаться дальше, это нас отягощает. Потому что духовная жизнь не в том, чтобы заработать что-то, а в том, чтобы терять. Прекрасный пример нам даёт Микеланджело, который говорил: «Когда я вижу кусок мрамора, я вижу конечную статую внутри него, и я лишь должен убрать всё лишнее». Так и духовная жизнь уже дана нам в Крещении, и, чтобы её найти, надо просто избавиться от всего лишнего. Но это возможно только через встречу со Христом, с ликом Христа. Потому что если этой встречи нет, то кто поможет мне это сделать? Мария Магдалина меняется, потому что она встретилась со Христом, а не для того, чтобы встретиться со Христом. Представление, что мы должны сначала поменять себя, чтобы предстать перед Богом, фальшиво. В этом — драма фарисеев, и это фарисейство сопровождает всё человечество. Я не могу быть перед Богом прекрасным и совершенным, это Он делает меня таким, когда я предстаю перед Его взглядом.

 

Беседовала Анастасия Орлова

Источник: Рускатолик.рф

Фото: ТВ Кана

Print Friendly
vavicon
При использовании материалов сайта ссылка на «Сибирскую католическую газету» © обязательна