Как уберечь себя от злого духа: советы католического экзорциста

Как уберечь себя от злого духа: советы католического экзорциста

Согласно исследованию ВЦИОМ, почти половина россиян (45%) не верит в  существование дьявола. Католический священник из Испании Хосе Мария Вегас Мольа, который уже более двадцати лет служит в России, об этом очень сожалеет. Будучи официальным экзорцистом Архиепархии Божией Матери в Москве, отец Хосе уверен, что неверие не делает дьявола менее опасным. Вот и Папа Франциск недавно призвал католических священников не стесняться прибегать к услугам экзорцистов, если у них возникают подозрения в одержимости кого-то из прихожан. О том, как  подчиняет себе человеческую волю, чего он боится и как изгоняется, священник рассказал в интервью РИА Новости. 


— Отец Хосе, когда, на ваш взгляд, злой дух подчиняет себе человека?

— Влияние злого духа всегда подавляет или ограничивает нашу волю и притупляет нашу совесть. Важно понимать, что дьявол может только искушать нас, но решение преступить заповеди принимаем мы сами.

Недавно в Москве была интересная конференция, на которой один американский священник назвал четыре ситуации, четыре «точки доступа» дьявола в нашу жизнь.

Первая — отсутствие прощения: когда человек хранит в себе обиды, не прощает своих обидчиков. Это очень осложняет отношения человека с Богом, потому что отсутствие прощения блокирует влияние благодати.

Вторая — близкие отношения, ради которых человек готов совершить грех. Иногда из-за любви или дружбы мы соглашаемся с тем, что неправильно. Например, у меня близкий друг находится в трудном положении, и чтобы из него выбраться, предлагает мне совершить грязную финансовую сделку, обмануть кого-то. Я этого делать не хочу, понимаю, что это плохо, но ради дружбы делаю.

Третья предполагает уже прямые, непосредственные отношения с дьяволом: увлечение сатанизмом, оккультизмом, спиритизмом, движением «нью-эйдж», магией, обращение к колдунам, гадалкам, экстрасенсам и так далее. Там действуют непонятные силы, которые, как нам кажется, поначалу даже помогают, но потом все оборачивается иначе. Здесь важно помнить евангельский призыв «испытывать духов».

Я бы добавил сюда и йогу, если подразумеваются не только физические упражнения, но и некие духовные практики, духовный путь, который может отдалить нас от Бога. Мы вверяем себя только Богу и никому иному, и только через Иисуса Христа, а не через иных посредников. Кстати, экзорцисты из Индии занимают по поводу йоги более жесткую позицию, считая и дыхательные, и физические упражнения опасными для христиан.

Есть люди, которые считают, что и гомеопатия также связана с оккультизмом — я в этом не уверен, по-моему, это просто другой подход к лечению людей.

Еще один пример — рок-музыка. Некоторые ее направления действительно связаны с сатанизмом, с обращением к сатане, с черной мессой и другими проявлениями дьявола.

И, наконец, четвертая точка доступа связана с прошлым человека, с историей его семьи. Если кто-то из предков занимался оккультизмом, спиритизмом, магией, был колдуном — в этом сам человек не виноват, но это прошлое может повлиять на него отрицательно — подобно тому, как бывает наследственная предрасположенность к алкоголизму: если кто-то из родителей алкоголик, дети не виноваты, но могут из-за этого пострадать.

— Каким образом дьявол действует на людей? 

— Обычно различают четыре уровня влияния дьявола.

Первый — это искушение. Искушения бывают у каждого, причем, как недавно напомнил Папа Франциск, есть искушения естественные и есть исходящие от дьявола. Естественные связаны с нашей слабостью, когда мы уступаем, нарушаем предписания (например, вот сейчас нарушаем пост), но при этом понимаем, что поступаем плохо. Если же мы упорствуем в слабостях, не каемся и постоянно живем в таком состоянии, то рискуем впустить злой дух в свою душу.

Искушения, исходящие от дьявола, нацелены на то, чтобы дезориентировать нас в различении добра и зла. Дьявол искушает человека со времен грехопадения Адама и Евы, он пробуждает нашу гордыню и старается убедить нас в том, что мы якобы сами, без Бога, можем определять, что такое добро и что такое зло. То есть он предлагает нам стать богами, вытеснив при этом реального Бога.

В современном мире есть очень много явлений подобного рода. Одно из самых вопиющих — когда аборт считают правом женщины, а если право — значит, это хорошо, доброкачественно. Так зло — умышленное убийство — в публичной сфере называется добром, и таких примеров в современной жизни очень много. Исходит это, как вы понимаете, от дьявола.

Второй, третий и четвертый уровни влияния злого духа называют чрезвычайными.

Второй — физическое угнетение, когда у человека есть проблемы со здоровьем, не объяснимые с медицинской точки зрения: болит голова или желудок, неожиданно скачет давление и так далее. Врач же, внимательно исследовав пациента, медицинских оснований этим явлениям не находит. В этом случае уже экзорцисту надо изучить прошлое человека, посмотреть, когда, где и при каких обстоятельствах злой дух мог повлиять на него. Возможно, производились оккультные действия, или другой человек, одержимый дьяволом, мог повлиять.

Кстати, раньше я был очень скептически настроен по отношению к возможности влияния других людей — колдовства, «приворотов» и прочего. Но за годы практики экзорциста, убедился, что «привороты» могут действовать, причем очень эффективно и разрушительно для человека.

Третий — наваждение, когда дьявол действует на человека не только на физическом, но и на психическом уровне. Например, у него появляются навязчивые идеи о самоубийстве, он впадает в депрессию или у него возникают необъяснимые вспышки гнева против сакральных предметов, или он не может войти в храм. Пока это внешнее влияние злого духа, но уже очень сильное. Опять же, повторяю, бывает очень трудно определить, это психическая болезнь или духовная проблема.

— А отрицание Бога — это тоже наваждение? Мы беседуем в год столетия революции в России. Солдаты, врывавшиеся в храмы, оскверняющие алтари и сжигающие иконы, тоже были в состоянии наваждения?

— Нет, не обязательно. Это может быть по идеологическим причинам. Человек искренне считает, что религия — это обман, эксплуатация и отчуждение человека от самого себя, и поэтому у него есть гнев или ненависть против религии… Там дьявол, конечно, тоже действует, но не на уровне наваждения, а на уровне искушения, я бы сказал.

— А четвертая, самая тяжелая степень влияния злого духа – это что? 

— Она называется одержимостью. В этом случае дьявол присутствует в теле человека.

Важно понимать, что при наваждении, и даже одержимости, человек не находится в состоянии греха. Он может находиться даже в состоянии благодати. Но последствия воздействия злого духа могут остаться, поэтому хорошо прочесть молитву освобождения. Это не , но тоже очень сильная молитва, причем ее можно читать без специального разрешения епископа, и некоторые католические в России это делают.

говорит, что священник перед экзорцизмом должен быть уверен, что человек действительно одержим дьяволом. В принципе это так, но многие священники, которые этим занимаются, полагают, что экзорцизм возможен и для уточнения того, одержим ли человек. У меня несколько раз случалось так, когда я не был уверен в одержимости, но при чтении молитвы освобождения у человека были очень сильные реакции (резкие головные боли, озноб, дрожь, лихорадка, обильное потоотделение — вплоть до потери сознания, говорение на языках, которые этот человек никогда не знал). Это означало, что внутри что-то есть, возможна , и тогда я переходил к экзорцизму. Такое за девять лет у меня случалось четыре раза.

— Расскажите, пожалуйста, подробнее, что такое экзорцизм.

— Экзорцизм в Католической Церкви — это литургическое действие, которое совершается в случаях, когда человек освобождается от влияния дьявола. Например, во время таинства крещения, потому что во время крещения человек посвящается Христу и освобождается от дьявола и всякого греха. Важно отметить, что экзорцизм сам по себе не является таинством.

Чин экзорцизма совершается довольно просто: сначала читаются молитвы благословения воды и соли, затем совершается окропление собравшихся освященной водой, потом читаются литания (особая молитва), обращенная ко всем святым, псалом, отрывок из Евангелия — все это говорит о присутствии Христа во время этого действия и обращенности его ко Христу. Затем священник-экзорцист возлагает руки на страдающего человека, все повторяют свои крещальные обеты — отрекаются от сатаны и исповедуют веру в Бога, читают «Отче наш», и только после этого священник произносит просительную молитву, в которой он просит об освобождении данного человека ото зла и повелительную формулу, обращенную к дьяволу, чтобы он оставил этого человека.

Если священник сочтет нужным, эти молитвы можно произнести несколько раз.

Малый экзорцизм отличается от большого только тем, что в нем нет предварительных и сопровождающих молитв (литании, чтения Евангелия и других). Священник-экзорцист произносит только просительную и повелительную формулы.

— А другие священники могут читать эти молитвы?

— Только с разрешения епископа. Если такового нет — можно произносить просительную и повелительную формулы тихо, про себя, но не публично.

— В каких случаях в Католической Церкви принято совершать чин экзорцизма?

1490861316— В большинстве случаев сам человек приходит и просит о помощи. Конечно, очень важно распознавать разные ситуации, чтобы отличить психическое расстройство от одержимости злым духом.

К сожалению, среди католиков есть те, кто не верят в возможность одержимости злым духом и все недомогания человека относят к психическим болезням.

После II Ватиканского собора, который прошел полвека назад, наступила эпоха рационализма, и все эти вещи — существование дьявола, злых духов, одержимости — стали относить скорее к особенностям литературных жанров древних эпох, когда просто еще не знали разных психических расстройств и болезней, медицинская диагностика была неразвита, поэтому все считали «дьявольщиной». А сегодня мы можем более рационально объяснить поведение человека, уже не нуждаясь в гипотезе о существовании дьявола и злых духов.

Я получил образование после II Ватиканского собора и тоже раньше был настроен скептически по отношению к практике экзорцизма. У меня был такой рационалистический уклон. Позже, когда я стал заниматься экзорцизмом, я понял, что далеко не все вещи можно объяснить рационально в медицинских терминах…

Недавно Папа Франциск в интервью немецкому изданию Die Zeit сказал, что верит в существование дьявола, и я разделяю его позицию полностью. Потому что в это верит Вселенская Церковь, и мы не имеем права по своему усмотрению что-то убирать или добавлять.

— Как вы определяете, действительно ли человек нуждается в помощи экзорциста, или его следует отправить к психиатру?

— Когда человек приходит к тебе и говорит, что у него есть такие проблемы, во-первых, нужно принимать его всерьез. Всегда. Может быть, он просто психически болен и действия экзорциста не требуется. Но и в этом случае надо принимать его всерьез и не отправлять его прочь…

К сожалению, есть люди, которые обращаются к бабкам, гадалкам, экстрасенсам, потому что не находят в церкви внимания к своим проблемам и не чувствуют себя принятыми. На нас, священниках, лежит очень большая ответственность. Поэтому я очень благодарен священникам, которые, обнаружив у человека определенные признаки, звонят мне и говорят, что, возможно, этот человек нуждается в моей помощи.

Кроме того, Церковь всегда требует, чтобы перед экзорцизмом была психологическая или психиатрическая проверка: чтобы человека осмотрел психолог или психотерапевт. Это не всегда просто, потому что найти специалистов, которые были бы верующими и в принципе признавали бы существование дьявола и злых духов, довольно трудно. К счастью, у меня есть несколько знакомых, которые открыты к этому.

— А как отличить больного от одержимого?

— По речи, по тому, как люди говорят, ты можешь понять, что психически он нормален, уравновешен, адекватен, как говорят иногда в России. Но и в этих случаях я всегда спрашиваю: «Вы были у психиатра? Что он вам говорил?» Распознавание — дело непростое, потому что есть тонкие грани между болезнью и здоровьем.

Среди тех, кто ко мне обращался за помощью, я бы выделил четыре группы людей. Первая — просто больные люди, когда психиатр диагностирует шизофрению или другие болезни. С ними молиться тоже можно, потому что молиться — это всегда хорошо, но лучше прибегнуть к медицинской помощи.

Вторая группа — люди с психическими отклонениями (например, манией преследования) или с тем, что я называю нездоровой религиозностью (экзальтированные люди, которые везде видят ведьм и колдунов, часто пренебрегают своими обязанностями в жизни и доходят в своей религиозности до неистовства). С ними очень трудно, потому что переубедить их тяжело, даже обладая авторитетом священника. Но они не больны, потому что психиатры, как правило, не находят у них болезней своего профиля.

Третья группа состоит из людей, которые имели опыт оккультизма или спиритизма, или магии, и это отражается на их душе. Но у них нет одержимости, потому что одержимость дьяволом встречается все же очень редко.

И, наконец, четвертая группа — это действительно одержимые, которые нуждаются в совершении экзорцизма.

— Кто может быть экзорцистом?

— В Католической Церкви все епископы могут без дополнительных условий и разрешений совершать экзорцизм в силу своего рукоположения и апостольского преемства. И только они могут благословить кого-то из священников на это служение — на длительный срок или для какого-то конкретного случая.

Некоторые католики считают, что экзорцизм могут совершать не только священники. Например, согласно жизнеописанию, его совершала святая Екатерина Сиенская.

Церковь относится к этому очень осторожно и призывает соблюдать каноническую дисциплину.

Более того, я, например, знаю священников, которым лучше было бы не заниматься экзорцизмом, потому что они видят дьявола везде. Когда есть большая склонность к этому — это может быть признаком нездоровой религиозности, о которой я говорил раньше.

Я не знаю, почему девять лет назад епископ выбрал для этого служения меня. Наверное, потому что я философ (смеется). Он никогда мне не говорил о причине своего выбора.

— А как вы попали в Россию?

— Я родился и вырос в Испании, там стал монахом конгрегации кларетинов. Во священники меня рукоположил святой Папа Иоанн Павел II в Риме в 1980 году. Там же я получил степень лиценциата философии.

Наша конгрегация возникла в Испании, точнее — в Каталонии, в середине XIX века, в 1849 году, в то время, когда либеральные правительства выгоняли из страны монашеские ордена — францисканцев, иезуитов, доминиканцев и другие. Эти ордена занимались проповедью христианства, власти это не нравилось. Епархиальные священники тогда служили на приходах и не проповедовали, а в проповеди была большая нужда. И наш основатель — святой Антоний Мария Кларет, который был епархиальным священником, — отказался от работы в приходе и начал проповедовать по приходам: сначала в деревнях и городах Каталонии, а потом — по всей Испании. Он собрал несколько священников «того же духа», как он говорил, и основал конгрегацию.

Вернувшись в Испанию из Рима, я двенадцать лет преподавал в семинарии, четыре года был директором католического колледжа в Мадриде, писал для философского журнала.

В 1996 году мы вместе с еще одним священником-кларетином Мариано Седано приехали в Россию и с тех пор служим здесь. В Санкт-Петербургском университете я защитил кандидатскую диссертацию по нравственному релятивизму, сейчас преподаю философию в единственной в России высшей католической семинарии, где также служу префектом по науке.

— Сколько экзорцистов в Католической Церкви?

— Есть такое указание из Рима, что в каждой епархии должен быть хотя бы один официальный экзорцист. Разумеется, их может быть больше. Я знаю, что в Мадриде недавно назначили восемь священников-экзорцистов. Но в России пока я — единственный. Сколько экзорцистов во всем мире — не знаю.

— Есть ли специальное учебное заведение для экзорцистов?

— К сожалению, нет. В Риме ежегодно проводятся краткие курсы — я на них не был ни разу, но участвовал в различных конгрессах и конференциях экзорцистов — один раз в Италии и три раза в Польше.

В Католической Церкви есть Ассоциация экзорцистов, которую основал известный итальянский священник Габриеле Аморт, ныне покойный. Он кстати, совершил экзорцизм более 30 тысяч раз и очень много сделал, чтобы восстановить служение экзорцистов.

У меня много книг по экзорцизму, я их все посмотрел и понял, что в основном они богословски повторяют друг друга, и достаточно прочесть одну, чтобы понять, что в остальных. Самое интересное в них — личный опыт автора-экзорциста, но с точки зрения богословия они не очень высокого уровня.

И это понятно, потому что на самом деле, к сожалению, долгие десятилетия усугублялся разрыв между богословием и практикой. После II Ватиканского собора это служение оказалось в кризисе и только сейчас восстанавливается. И я очень надеюсь, что восстановление практики экзорцизма приведет к восстановлению и развитию его богословского осмысления. Потому что современные богословы смотрят на служение экзорцистов несколько презрительно. Это нехорошо, так быть не должно.

— Правильно ли сказать, что в Католической Церкви «богословие добра» развито гораздо сильнее «богословия зла»?

— «Богословие зла», как вы выразились, тоже существует и развивается главным образом в рамках нравственного богословия. Однако, вы правы, размышления о дьяволе и демонах сейчас непопулярны среди богословов и находятся на периферии, однако процесс восстановления этого направления теологии уже идет.

— Можно ли в католичестве совершать экзорцизм в группе?

— Как мы знаем, в православии и у некоторых протестантов это делается очень часто в группе. Есть и в католичестве священники, которые совершают экзорцизм сразу над несколькими людьми.

Но все-таки, как учит Церковь, лучше это делать индивидуально, лично, потому что межличностная коммуникация наиболее эффективна. Это, разумеется, не исключает присутствия и молитвы сопровождающих людей.

Если ко мне кто-то приходит с мамой или мужем или еще с кем-то — я всегда прошу, чтобы они остались и, если они католики, по возможности молились со мной вместе — читали литанию ко всем святым, «Отче наш» и другие молитвы. Идеальным было бы участие сильной группы поддержки, которая бы помогала священнику, соединяясь с ним в молитве. Но это, к сожалению, не всегда возможно.

Однако, что касается одержимого, страдающего человека — подход лучше индивидуальный. Кроме того, в групповом подходе к экзорцизму кроется серьезная опасность взаимного «заражения» психологического свойства.

— А можно ли совершать экзорцизм на расстоянии, без непосредственного контакта с одержимым? Говорят, что Папа Пий XII пытался на расстоянии совершить изгнание дьявола из Гитлера…

— Я считаю, что здесь есть одна очень большая проблема. Злого духа нельзя изгнать без согласия самого человека. Главное — это не расстояние, а согласие: хочет ли очиститься от злого духа сам человек?

Иногда ко мне приходят католики и просят помочь сыну (или мужу, или зятю), первое, о чем я спрашиваю: «А он этого хочет?» — «Нет, он не хочет». Тогда я не могу помочь, ничего не могу сделать, потому что это бесполезно. Экзорцизм — это не магия. Молитва — это молитва, она не действует без согласия человека.

Если человек согласен — то расстояние не является непреодолимым препятствием. Не знаю, правильно это или неправильно, но я читал молитвы освобождения по скайпу, и это действовало. Я также молился о человеке, который не мог присутствовать, потому что болел. Бог помогает, он слышит молитвы.

Но все-таки дистанционные акты экзорцизма нежелательны. Если есть хоть малейшая возможность присутствовать — надо эту возможность использовать.

— Как менялась практика экзорцизма в истории Церкви?

— Я не историк, поэтому не могу говорить конкретно, но предполагаю, что практика экзорцизма менялась так же, как менялась литургия вообще. Когда в 1998 году был опубликован новый чин экзорцизма, измененный в духе II Ватиканского собора, многие священники говорили, что старый чин 1614 года был лучше.

Чтобы читать молитвы старого чина, раньше надо было просить специальное разрешение, но с недавних пор оно уже не нужно, священники могут свободно пользоваться чином XVII века.

Я, когда совершаю экзорцизм, общие молитвы читаю на русском языке, а вот повелительную молитву читаю на латинском.

— А книги про магию можно читать? Например, про Гарри Поттера? Экзорцист Габриеле Аморт считал, что это может повредить человеку.

— Здесь действительно есть разные мнения. Я лично считаю, что Гарри Поттер — это сказка, а во многих сказках описаны магические вещи. Поэтому вреда от чтения Гарри Поттера — если воспринимать его как сказку — быть не должно.

Но есть другие книги о магии, которые могут быть действительно опасными.

— Как вы относитесь к книгам и фильмам об экзорцизме?

— Покойный отец Аморт очень хорошо относился к фильму «Экзорцист (Изгоняющий дьявола)». Он говорил, что благодаря этому фильму интерес к экзорцизму вырос очень сильно. Я тоже считаю, что этот фильм трактует проблему довольно уважительно и объективно, хотя, конечно, есть очень сильные преувеличения для более эффектного воздействия на аудиторию. И это понятно: иначе фильм не был бы фильмом. Фильм «6 демонов Эмили Роуз»  — очень хороший, я его смотрел несколько лет назад.

При этом есть фильмы низкого качества, которые ищут только сенсации или эффекты. То, что реально происходит при экзорцизме, и то, что показано в этих фильмах, отличается очень сильно.

Один молодой человек спросил меня недавно: «Как происходит экзорцизм?» Я ему ответил: «Обычно — очень скучно». Там много длинных молитв и мало видимых эффектов.

В фильмах показывают часто, что экзорцизм совершается глубокой ночью — это абсурд. Никто не делает так, потому что ночью и священники, и обычные люди, и нуждающиеся в экзорцизме обычно спят. Но, повторяю, есть фильмы, которые хорошо сделаны и довольно точно отражают то, что происходит при экзорцизме.

— Как защититься от дьявола в повседневной жизни?

— Священник, который занимается таким потенциально опасным служением, как экзорцизм, который непосредственно работает со злыми духами, должен особо заботиться о себе: усердно и регулярно молиться, исповедоваться, причем очень желательно исповедаться перед совершением экзорцизма.

Без подготовки вступать в непосредственный контакт с дьяволом, повелевая ему покинуть одержимого человека — это очень опасно. Наша защита — это Христос, мы должны быть соединены со Христом.

Что касается людей, которые приходят ко мне за помощью, я всегда спрашиваю: «Какая у вас духовная жизнь? Вы ходите в церковь? Вы молитесь? Исповедуетесь? Причащаетесь?» Если они говорят «нет», то я ничего не могу делать. Если вы не кушаете каждый день три раза, бесполезно принимать витамины. Витамины подкрепляют то, что мы делаем обычно. Нормальная христианская жизнь подразумевает участие в литургии по воскресеньям и праздникам, регулярную исповедь и причастие, молитву и личный контакт с Иисусом Христом. И тогда то, что я делаю, молясь об одержимом человеке, стремясь помочь ему, имеет смысл. Иначе это бессмысленно.

Очень важно понимать, что таинства евхаристии и исповеди гораздо сильнее любого акта экзорцизма.

 

Беседовал Виктор Хруль

Фото Ольги Хруль

Источник: РИА Новости

Print Friendly
vavicon
При использовании материалов сайта ссылка на «Сибирскую католическую газету» © обязательна